Николай Васильевич Пинегин

Музею-Архиву истории изучения и освоения Европейского Севера принадлежит интереснейшая коллекция, драматически точно воссоздающая одну уникальную человеческую судьбу. Имя Николая Васильевича Пинегина, профессионального русского путешественника, исследователя, художника, писателя, отдавшего всю свою жизнь Северу, увековечено в названии мыса на востоке острова Брюса и озера на севере острова Земля Александры (архипелаг Земля Франца-Иосифа). Творческое и научное наследие Пинегина сохраняется и экспонируется во многих музеях мира. Арктическая коллекция Музея-Архива составлена, в том числе, и из личных вещей, рукописей статей, книжных публикаций, дневниковых записей, авторских макетов переизданий, фотоматериалов, художественных работ Н. В. Пинегина, рукописных и опубликованных материалов других авторов о нем.

Николай Васильевич Пинегин родился 27 апреля (10 мая) 1883 года в городе Елабуге Вятской губернии, в семье земского ветеринарного врача. Поучившись в Вятском реальном училище, он перешел в Пермскую гимназию, из 5-го класса которой был исключен «за неповиновение» (отказался посещать церковные службы). Николай ушел из родительского дома и в 1901 году поступил в Казанскую художественную школу. Средства на существование он добывал увеличением портретов, игрой в духовом оркестре и уроками. Наверстывая упущенное, в Казани Николай Васильевич усиленно работал над своим образованием. Ранняя самостоятельная жизнь закалила его характер, воспитала душевную стойкость, научила преодолевать любые трудности ради достижения поставленной цели. Здесь он стал активным членом социал-демократической партии, участвовал во многих политических акциях.

В 1907 году Пинегин выдержал конкурсные экзамены в Академию художеств в Петербурге. Учиться ему мешала нужда: деньги на жизнь приходилось зарабатывать чертежными, землемерными и другими работами. Не смотря на это, он добился заметных успехов: его этюдные и классные работы были оценены высшими баллами. В 1910 году Пинегин поступил в батальный класс, где занимался под руководством профессора Н. С. Самокиша.

Как это было со многими полярными исследователями, любовь к дальнему Северу в Пинегине разожгли книги. Первую свою поездку на север Николай Васильевич задумал, еще учась в Казанском художественном училище. «Купить побольше красок, пороху, дроби и пуль – и ехать в сторону чудес – волшебный Север», - писал Н. В. Пинегин об этих мечтах. От этих строк веет страстью к охоте и путешествиям, не угасшей в течение всей его жизни. Однако первая попытка попасть на Север в 1905 году в район Северной Двины оказалась неудачной: уже в самом начале пути Пинегин взорвавшимся патроном поранил руку и был вынужден прервать поездку.

Осуществить свою мечту ему удалось только в 1908 году, побывав во многих местах Мурманского побережья. После этой экспедиции появилась первая литературная работа Пинегина «Айновы острова», замечательная прекрасным описанием птичьего базара. Полную обработку дневника поездки на Мурман Н. В. Пинегин выполнил только на склоне лет – материал вошел в шесть глав книги «Записки полярника». В 1922 году в литературно-художественном журнале «Жаръ-птица», издававшемся в Германии, был опубликован рассказ-зарисовка «У падуна», исполненной суровой поэзией Севера. В текст вошли сказки-были, услышанные Пинегиным от сонгельского лопина-колдуна. Увиденное на Кольском полуострове только распалило желание Н. В. Пинегина побывать в настоящей Арктике. «Еще дальше на Север! – читаем мы в «Записках полярника». – Там человек – свободный охотник... Есть Новая Земля, страна совсем первобытная. Ее снега и лед всегда влекли к себе свободолюбивых охотников. Туда – в свободную полночную страну».

Все лето 1910 года Н. В. Пинегин провел на Новой Земле, где посетил целый ряд заливов на западном берегу северного острова Новой Земли и впервые познакомился со своеобразной природой оледенелой части архипелага. Одновременно с Николаем Васильевичем в Крестовой губе находился лейтенант флота Георгий Яковлевич Седов, возглавляющий экспедицию гидрографического управления. Случайное знакомство постепенно переросло в крепкую дружбу. Пинегин с увлечением слушал рассказы друга в его походном жилище. «От него не оторваться, - пишет Николай Васильевич. – В этой палатке впервые стали оформляться в беседах черты задуманного Седовым путешествия к полюсу». Написанные Н. В. Пинегиным на Новой Земле этюды осенью того же года экспонировались на выставке учеников Академии художеств в Петербурге.

Следующее лето, 1911 года, Николай Васильевич провел в Манчжурии, где выполнял работы по нивелировке железнодорожного пути между станциями Манчжурия и Харбин. В это время «в его голове уже крепко сидела мысль провести где-нибудь в полярных странах целый год». Вскоре ему представилась возможность осуществить эту мечту, сделав нелегкий судьбоносный выбор: Г. Я. Седов позвал его с собой к Северному полюсу, а В. А. Русанов пригласил его принять участие в плавании на «Геркулесе» (как известно, оно закончилось гибелью экспедиции в 1913 году). Николай Васильевич отдал предпочтение предприятию Седова. Во-первых, потому что «во главе этой экспедиции стоит человек, сильно ему полюбившийся».

В экспедиции Г. Я. Седова к Северному полюсу (1912-1914) на моторно-парусной шхуне «Святой Великомученик Фока» (далее «Св. Фока») Н. В. Пинегин принимал участие как художник, фотограф и кинооператор. В коллекции Музея-Архива хранятся уникальные фотоотпечатки: хроника событий; сцены необычайно сурового быта членов экспедиции, затертой во льдах; портреты Г. Я. Седова, В. Ю. Визе, А. М. Пустошного, М. А. Павлова и др. Автор большинства из них – Н. В. Пинегин. В экспозиции Музея-Архива демонстрируются его записная книжка с рецептурой по фотоделу, меню обеда в честь первой русской экспедиции к Северному полюсу. На обратной стороне меню – карандашный рисунок Пинегина, изображающий полярника на лыжах с российским флагом.

Из «седовской» экспедиции Пинегин привез большое количество художественных работ. В его картинах нет ярких, ошеломляющих, чисто внешних эффектов. Но зато есть глубокое понимание полярной природы и проникновенная любовь к ней, стремление к максимальной точности в передаче особенностей северного пейзажа. Часть работ Музею-Архиву удалось приобрести, и теперь посетители могут увидеть глазами автора далекие земли, которые вряд ли увидят воочию. На «Св. Фоке» Пинегиным был создан первый русский фильм об Арктике, представляющий сейчас один из наиболее интересных кинодокументов по истории освоения этой области Земли.

Живопись, кино- и фотосъемка – далеко не единственные занятия Н. В. Пинегина во время его двухлетнего пребывания в экспедиции Седова. Под руководством В. Ю. Визе Пинегин изучил на «Св. Фоке» метеорологию и стал квалифицированным метеорологом-наблюдателем. Интересными представляются его наблюдения за животным и растительным миром Арктики. Исключительную пользу Пинегин принес экспедиции Седова как охотник. В значительной мере благодаря ему во время зимовки на Новой Земле был создан большой запас звериного сала, позволивший «Св. Фоке» в отсутствии угля пробиться через льды к мысу Флора. В конце зимы 1914 года участники экспедиции жестоко страдали от цинги. Н. В. Пинегин – один из немногих на судне, чей организм не поддался этой болезни. И он смог изо дня в день ходить на полынью стрелять птиц, чем спас многих членов экспедиции от гибели.

По свидетельству В. Ю. Визе, Николай Васильевич во время экспедиции был самым близким Г. Я. Седову человеком. Открытый и горячий характер, неутомимая энергия и непоседливость Пинегина нравилась Седову. При составлении карты северо-западного побережья Новой Земли Г. Я. Седов назвал в честь своего друга два географических объекта: остров Пинегина (западный из двух южных Крестовых островов) и мыс Пинегина (западный входной мыс в залив Иностранцева).

Закончив обучение в Академии художеств Санкт-Петербурга, Николай Васильевич выставил на весенней выставке 1916 года 58 этюдов, сделанных на Новой Земле Франца-Иосифа во время «седовской» экспедиции – «Полярную коллекцию». Многие их его работ были в разное время приобретены музеями и имеются в частных собраниях.

Во вступительной статье к каталогу ленинградской выставки Н. В. Пинегина 1959 года П. П. Ефимов написал: «Этюды, выполненные Пинегиным в экспедиции Седова, принадлежат к лучшему из всего того, что было написано художником на материале Арктики за все годы его творческой жизни. В ряде этюдов можно видеть, как художник с большим интересом рассматривает и изучает игру света на поверхности льда и снега: лед сверкает и переливается в лучах весеннего солнца, и художник любуется этим удивительным богатством и разнообразием цветовых оттенков. В пейзажных этюдах из “Полярной коллекции” перед нами встает цельный образ природы Арктики – суровой, величественной, полной своеобразной красоты. За внешней простотой и непритязательностью этюдов Пинегина скрыта большая образная выразительность, глубокое проникновение художника в жизнь полярной природы. Люди, хорошо знающие и любящие Север, неизменно отмечали особую типичность пинегинских пейзажных мотивов, что свидетельствует о большой наблюдательности художника, о его незаурядной способности к обобщению. Стремясь правдиво передать суровый и мужественный характер природы Арктики, Пинегин прибегал к очень скупым и лаконичным средствам художественного выражения. Его композиции просты, рисунок четок и лаконичен. Колорит лучших этюдов отличают приглушенность цветовой гаммы, тонкость разработки оттенков, обусловленные сдержанной окраской всей природы Севера. В ряде этюдов есть очень тонкие наблюдения над колоритом северной природы; как известно, своеобразие северного пленэра заключается в стирании граней тонов и полутонов, в отсутствии ярких цветовых контрастов, а так же в том, что дальние планы здесь подчас бывают видны яснее и четче, чем ближние; все эти особенности мы можем увидеть в этюдах Пинегина».

В связи с обстоятельствами военного времени (Первая Мировая война) Н. В. Пинегин поступил художником-историографом в Историческую часть Черноморского флота. В 1917 году Николай Васильевич приехал в длительный отпуск в Петроград, где он от Академии художеств и художественных обществ был выбран в 1-й Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. В этом же году он выставил 13 своих картин на весенней выставке в Академии художеств. За эти работы Пинегину присуждается премия им. А. И. Куинджи.

По возвращении из Петрограда Пинегин продолжил работать художником-историографом при штабе Черноморского флота. В 1918 году он заведовал художественной студией в Симферополе. После захвата Крыма армией Деникина, Н. В. Пинегин в 1920 году выехал за границу в Константинополь, где работал грузчиком, гидом по византийским памятникам, писал вывески... Далее в его жизни была Прага, где в Королевском театре он получил заказ на оформление оперы Мусоргского «Борис Годунов». Весной 1922 года Н. В. Пинегин переехал в Берлин. Здесь он жил около года на средства от продажи художественных иллюстраций и одновременно занимался в Институте мореведения. В 1923 году Пинегин возвратился в СССР при содействии Б. М. Шенфельда.

На юге России и за границей Н. В. Пинегин неустанно трудился над обработкой дневника, который он вел на «Св. Фоке». Результатом этой работы стала книга «В ледяных просторах», изданная в Берлине в 1922 году. Это одна из лучших в мировой литературе художественных книг об Арктике, опубликованная благодаря рекомендации Максима Горького, с которым Пинегин познакомился в Берлине.

В 1924 году Н. В. Пинегин получил возможность продолжить работу в Арктике. Участвуя в гидрографической экспедиции на Новую Землю, он в качестве наблюдателя совершает на гидроплане «Ю-20», пилотировавшимся известным полярным летчиком Б. Г. Чухновским, девять небольших полетов над Новой Землей и прилежащей частью Карского моря. Это первые в истории самолетные ледовые разведки, впоследствии получившие столь большое развитие в Советской Арктике. Пинегин описывает их в «Записках полярника». В 1928 году его даже утвердили «членом Международного общества по изучению Арктики при помощи воздушного корабля», о чем свидетельствует письмо-извещение, представленное в экспозиции Музея-Архива.

В 1928 году Академия наук СССР поручила Н. В. Пинегину построить на острове Большом Ляховском постоянную геофизическую станцию – первую полярную станцию в Восточно-Сибирском море. Перед тем, как взяться за это ответственное дело, Пинегин прошел основательную подготовку на аэролога в обсерватории в Слуцке под руководством профессора П. А. Молчанова. На небольшой парусной моторной шхуне «Полярная звезда» Пинегин два раза ходил на Новосибирские острова: в 1927 и в 1928 годах, когда и была построена Ляховская станция. Николай Васильевич возглавлял ее с 1928 по 1930 год.

Во время пребывания на Новосибирских островах Н. В. Пинегин совершил два больших перехода на собачьих упряжках: в село Казачье в устье реки Яны за продовольствием и на остров Котельный – с исследовательскими целями. Возвратился он с Новосибирских островов из-за поломки шхуны посуху. Почти весь путь от острова Большого Ляховского до Верхоянска ему пришлось проделать пешком в разгар полярной ночи, при 50-градусных морозах. Этот тяжелый переход подорвал его здоровье. Художественное описание экспедиции на Новосибирские острова в 1928-1930 годах было дано Пинегиным в книге «В стране песцов», изданной в Ленинграде в 1932 году и иллюстрированной самим автором.

После возвращения в Ленинград в 1930 году Н. В. Пинегин поступил на работу в Арктический институт, где ему поручили создание музея Арктики. Вместе с тем в 1931-1934 годах он состоял редактором «Бюллетеня Арктического института», где часто публиковался. К этому же времени относится и начало широкой работы Пинегина по поляризации Арктики. В 1932 году Н. В. Пинегин возглавил экспедицию Второго международного полярного года на Землю Франца-Иосифа (на судне «Малыгин»). Эта экспедиция добилась больших успехов. На острове Рудольфа была построена самая северная в мире на тот момент метеорологическая радиостанция. Большое полотно Н. В. Пинегина «Земля Франца-Иосифа» с изображением метеостанции принадлежит собранию Музея-Архива.

При прохождении севернее Земли Франца-Иосифа, «Малыгин» установил рекорд широты для свободно плавающего судна. В этих же водах были выполнены весьма интересные глубоководные наблюдения, которые констатировали прогрессирующее потепление этой части Арктики. На борту «Малыгина» коллеги отметили 20-летие полярной исследовательской деятельности Николая Васильевича Пинегина.

Н. В. Пинегин вел обширную переписку. Его опыт и знания высоко ценились в кругах полярных исследователей и путешественников во всем мире. К нему обращались за помощью и советом. В коллекции Музея-Архива есть уникальные документы: письма Умберто Нобиле, Вильямура Стефанссона, адресованные Пинегину.

Осенью 1934 года Пинегин покинул Арктический институт и целиком посвятил себя литературе и живописи. В свои последние годы он работал над большим романом «Георгий Седов», поставив перед собой задачу – раскрыть образ дорогого ему человека и героического полярного исследователя. Но ему не удалось закончить роман. Написанной оказалась только первая часть и несколько глав из второй.